СОДЕРЖАНИЕ
ВВЕДЕНИЕ 3
1. СТАНОВЛЕНИЕ И РАЗВИТИЕ ИДЕЙ ФИЛОСОФИИ РУССКОГО КОСМИЗМА 6
2. ОСНОВНЫЕ ТЕЧЕНИЯ В ФИЛОСОФИИ РУССКОГО КОСМИЗМА 12
2.1. Философско-религиозное течение 12
2.1.1. Космизм В.С. Соловьева 12
2.1.2. Философия общего дела Н.Ф.Фёдорова 15
2.2. Естественнонаучное течение 19
2.2.1. Третий синтез космоса В.И.Вернадского 19
2.2.2. Космическая философия К.Э.Циолковского 22
2.2.3. Единый природный субстрат А.Л.Чижевского 27
ЗАКЛЮЧЕНИЕ 30
СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ 33
ВВЕДЕНИЕ
Космизм представляет собой своеобразное мировоззрение, формирующее целостную концепцию мироздания на основании представления об органическом единстве мира, теснейшей взаимосвязи Земли и Космоса.
Идея Космоса, как единого замкнутого в себе целого, легла в основу научных моделей Вселенной, первая из которых была создана Евдоксом. Далее идеи космизма применялись в философско-научной школе Пифагора (ок.580-500 г. до н.э.). Ученик Сократа Платон в своей идеалистической философии широко применял идею «духовных сущностей» [19, c. 7]. По Платону, Вселенная – единая, вечная, живая и совершенная сфера, одаренная душой и движением.
Зарождение русского космизма обусловлено в значительной степени своеобразной общественной и культурной обстановкой в России XIX в. Развитие русского космизма обязано во многом непременному противопоставлению этого философского направления самим основам западноевропейской науки и культуры. Это противостояние заключало в себе возможность продуктивного диалога, способствовавшего изменению русского космизма, его прогрессивному воздействию на культуру научного исследования в XX в.
Русский космизм является философским направлением с большими традициями в культуре России и объединяет не только философов, а также учёных, религиозных мыслителей, писателей, поэтов, художников. Так идеи связи с космосом наиболее ярко прослеживается в русской поэзии, начиная с творчества Г.Р. Державина, Ф. И. Тютчева, Е. А., Баратынского, А.А. Фета, хотя он нашел выражение и ранее в русской иконописи, живописи, музыке.
Космическую философию развивали ученые-философы: Владимир Сергеевич Соловьев, Николай Федорович Федоров, Константин Эдуардович Циолковский, Владимир Иванович Вернадский, Дмитрий Иванович Чижевский и ряд других ученых. Они не были философами в чистом виде. Их заслуга в том, что они впервые поставили проблемы «Человек и Космос», «Человек и Вселенная» в повестку дня, показали их злободневность. Они попытались осмыслить многие человеческие проблемы во вселенском масштабе, что следует ожидать от будущего, на каком этапе развития находится человеческая цивилизация.
Русский космизм, исследуется учеными с различных сторон и в контексте разнообразной тематики. Ими рассматриваются разно образные стороны космизма, творческое наследие отдельных ею представителей, возвращаются забытые и малоизвестные представления мыслителей.
Творчеству философов-космистов посвящены многие работы, среди которых выделяются труды В.В. Казютинского [13], [14], [15], [16], [17], А.И. Алешина [2], Т.Г. Грушевицкой [7], особое внимание обращают на себя исследования следующих авторов: В. Елистратова [11], Н.В. Бряник [4], , Ф.И. Гиренок [6], В.Н. Демина [9], [10].
В многочисленных книгах и статьях, посвященных русскому космизму, исследуются различные аспекты космистской философии и методологи и позитивно оценен вклад ученых-космистов в общемировой теоретический опыт, показано значение фундаментальных выводов, сделанных русским космизмом, для дальнейшего развития естественных, технических и гуманитарных наук. Достаточно широко рассмотрены отдельные направления философии русского космизма.
Целью данной работы стало изучение философии русского космизма.
Достижение основной цели исследования включает в себя решение следующих задач:
• осуществить анализ предпосылок зарождения философии русского космизма;
• определить основные идеи русского космизма
• рассмотреть особенности философско-религиозного течения в русском космизме на примере работ В.С.Соловьева и Н.Ф.Федорова;
• проанализировать особенности учений представителей естественнонаучного течения в философии космизма (В.И.Вернадский, К.Э.Циолковский, А.Л.Чижевский).
В работе применяются принципы исторического подхода к исследованию феномена русского космизма как составной части философской традиции России конца XIX - начала XX вв. При изучении проявления идей философии русского космизма в культуре в основу исследования положен системный подход к рассматриваемому предмету. Кроме того, применялись такие методы как исторический и аналитический, сравнительно исторический.
1. СТАНОВЛЕНИЕ И РАЗВИТИЕ ИДЕЙ ФИЛОСОФИИ РУССКОГО КОСМИЗМА
Русский космизм – это одна из «универсалий мировой культуры» («социокультурный феномен»), не тождественная космической философии, поскольку «космическая философия» – понятие более узкое, чем космизм, «Далеко не всякая философская система, в которой просматривается проблема «человек – космос», может быть названа «космической философией» [13, с. 145]. Конечные ориентиры у различных представителей русского космизма разнятся, но сходятся на необходимости коренной глобальной трансформации Вселенной и жизни в целом [20].
Основной идеей космизма, объединяющей все его типы в культуре, все же является исходное единство человека и космоса и свете взаимодействия человека и природы. Следует выделить то, что именно идея единства человека с Космосом, признание самоценности природы отличает русскую мысль от западноевропейского гуманизма, выступившего на защиту человека, но связывавшего его величие с правом неограниченной эксплуатации природы.
Русский космизм можно рассматривать как модель, относительно которой можно было бы сформулировать представления о позитивном будущем. Имея в основании шаткие рациональные посылки «русский космизм» непринуждённо вещает о судьбе человечества и Вселенной, возможности бессмертия и «воссоединении» с Богом. Конечно, учёные В. И. Вернадский и К. Э. Циолковский, религиозные философы Н. Ф. Фёдоров и С. Н. Булгаков и другие выступали не с идентичных позиций, но их объединяет особое провиденциальное отношение к Космосу. Оно опирается на представление о соизмеримости человека-микрокосма и Вселенной - макрокосма, необходимости их преобразования [18, c. 111].
Смыслы, которыми наполняется феномен космизма (и его адептами, и ниспровергателями), часто «размыты», метафоричны, а иногда и «притянуты за уши», так что споры вокруг этого круга проблем, несмотря на высокий уровень вложенных в них децибелов, оказываются либо спорами глухих, либо не желающих слушать друг друга. Не менее удивительно и то, что многие важные тексты, прямо относящиеся к проблемам раскрытия смыслов феномена космизма, остаются архивной «вещью в себе», почти не вовлекаются в дискуссии; их место стремятся занять другие, энергично продвигаемые тексты. Это, несомненно, искажает наши представления о феномене космизма [15, c. 192].
Определенная «размытость» смыслов научных, а тем более философских понятий неустранима, если только речь идет не о строго теоретических понятиях, включенных в аксиоматизированные системы. Но в случае с феноменом космизма амплитуда «размытости» стала настолько значительной, что нередко приводит едва ли не к тупику в попытках его интерпретации. Создается обоснованное подозрение, что термином «космизм» часто обозначают довольно различные по своей сути феномены. Многие из них не имеют буквально никакого отношения к проблемам космической деятельности, а выражают почти неуловимые смыслы внутреннего космоса человека (впрочем, связанного, можно полагать, с космосом физическим).
Космизм часто сводят к какой-нибудь одной идее. Например, под космизмом понимают:
1) специфическое «миросозерцание» или «мировосприятие», при котором, в частности, осознается единство всего со всем [22, c. 78];
2) распространение «космической точки зрения» на человечество, его прошлое и будущее, которое мыслится в одних случаях как мировоззренчески выраженная идея единства человека и космоса, в других – как идея выхода человека в космос, сопровождаемого активным преобразованием природы космоса и человека [9];
3) мировоззренческую идею «активной эволюции» человека и мира, направляемой разумом; космическая экспансия человечества оказывается частью этой программы;
4) «последнее слово философии техники» [22]
Считается, что космизм выступает мировоззренческим оправданием самых крайних антиэкологических и антигуманных черт современной цивилизации (такая точка зрения, выдвигаемая антикосмизмом, относится не к космизму как таковому, а лишь к его техницистским версиям) и др. Любопытно, что в большинстве случаев космизм оказывается синонимом не собственно космических, а земных ситуаций, лишь проектируемых на космос [27, c. 404].
Каждый из названных подходов к пониманию космизма имеет своих сторонников. Избирая определенный смысл космизма в качестве эталонного, они выявляют в русской философии XIX-XX веков то, что соответствует этому эталону. Но это вовсе не обеспечивает строгости в реконструкции феномена космизма.
Истоки русского космизма находятся в глубокой древности, в фольклоре и литературе. Традиция тесной связи человека с космосом восходит еще к поэтическим воззрениям славян на природу, к тому, что фиксировалось обычаях, обрядах, преданиях, суевериях и поэзии русского народа. Устная народная традиция получила дальнейшее развитие в письменных источниках философского, богословского, литературного и естественнонаучного содержания.
Существенное влияние па формирование космической идеи и складывание космизма не только как философского, культурологического и научного феномена оказала классическая русская литература: величественный образ Вселенной и ее неразрывной связи с судьбами людей пронизывает творчество многих корифеев отечественной поэзии и прозы ХVIII-ХIХ веков (М.В. Ломоносов, Г.Р. Державин, А.С.Пушкин, М.Ю. Лермонтов, Л.А.Фет, Ф.И. Тютчев, Ф.М. Достоевский) [7, c. 35].
При всей самобытности русского космизма было бы неправомерным считать его чем-то изолированным, локальным, оборванным от европейской и мировой философской мысли. Среди истоков этого учения можно обнаружить как западное, так и восточное влияние. К западным корням можно отнести европейскую научную и философскую традицию, проникнутую духом рациональности. Восточными же истоками во многом питается общекультурная и духовная академическая традиция, в которой выделялось византийско-греческое христианское и южнославянское влияние.
Философия космизма существует и в других культурах. А. Гумбольдт автор пяти томного труда «Космос» (1845-1859) стоял у истоков немецкого варианта космизма. Французский вариант выражен в концепции «творческой эволюции» Л. Бергсона, соединяющей в себе традиции спиритуализма, неомарксизма и психологизма [4, c. 61].
Русский космизм как ориентация культуры начал активно развиваться во второй половине XIX века, и продолжил свое становление на протяжении первой половины ХХ в. Сам термин «космизм», появившийся гораздо позже: в 20-х годах XX века использовался для обозначения направления анархизма-универсализма, призывавшего к планетарной общности людей, и занимавшегося проблемами бессмертия и поисками методов продления жизни. В литературе термин «космизм» закрепился только в 60-е годы прошлого столетия, что было связано со значительным прорывом в освоении космоса [4, c. 62].
В России в конце XIX века начинают разрушаться социальные структуры, символом которых была община; утрачиваются традиционные взгляды на мироустройство, а в начале XX века возникает новое мироустроение, символом которого становится общество, построенное на силе техники и новых технологий.
Философия русского космизма явилась откликом на духовно-интеллектуальную атмосферу кризиса цивилизации, ставшую очевидной и ободрившуюся в конце XIX - начале XX веков. Философия космизма стала возможностью дать ответ на глобальные проблемы, с которыми столкнулась человеческая цивилизация.
Русский космизм, являясь неотъемлемой частью мирового космизма, обладает своими специфическими чертами. Оригинальные философские идеи космизма: соборность, общечеловеческий характер, выдвинутые русской интеллектуально-творческой элитой, базируются на многовековых духовных структурах народного сознания, В сущности, самобытность философии русского космизма это ни что иное, как космическое миросозерцание, оплодотворенное русской идеей. В основе подобного миросозерцания, таким образом, лежит понимание естественного всеединства человека, человечества и Вселенной. Идея всеединства позволяет рассматривать мир и лежащие в его основе закономерности как единое целое. Такой подход реализуется в самых различных отраслях знания и культуры, во многих сферах духовно-культурной деятельности: философии, науке и художественном творчестве [15, c. 199].
Таким образом, комплекс идей философии русского космизма формировался на основе богатого культурологического материала. Культурными явлениями, которые породили это течение, являются непосредственно национальная культурная традиция, религиозно-этическая почва. Связь философии космизма с русской культурой является глубокой и неразрывной. При исследовании процесса формирования русского космизма выявилось, что он является частью национальной культуры, имеет в ней свои корни и основания.
В настоящее время космизм приобретает другие черты в связи с обозначившимися общечеловеческими проблемами глобализма, интегративными явлениями в области мировой культуры и появлением нового пространства культуры - виртуальной реальности, В этом плане философия космизма становится предметом серьезного историко-философского и социокультурного изучения.
Сегодня идеи русского космизма вновь становятся востребованными обществом, так как оказались в русле напряженных поисков истины о человеке и мире, духовных ориентиров и ценностей. В настоящее время русский космизм привлекает философов именно постольку, поскольку он говорит о наболевшем, насущном, предупреждает о негативных последствиях партикуляризации мира, о разрушении связей человека и природы, об опасном вторжении в природу, игнорирующем и ее происхождение из космической эволюции и се постоянную связь с Космосом. Идеал русских космистов, заключается в гармонической связи человека с природой, взаимодействии человека и Космоса (в форме прямой и обратной связи), а выдвигаемое ими условие реализации этого идеала - это единение человечества в планетарную общность, что соответствует современным глобальным интеграционным процессам. Именно поэтому космизм лежит в основе некоторых глобалистских исследований и концепции. Поэтому идеи философии русского космизма обретают сегодня осовремененное звучание.
Подводя итоги исследования истоков и идей русского космизма следует отметить, что он предстает как комплекс научного, философского, религиозного и культурного феноменов. При всем своеобразии и фундаментальности идей русского космизма, следует подчеркнуть, что неправомерно считать его чем-то изолированным от мировой философской мысли. Среди истоков этого течения можно обнаружить как западное, так и восточное влияние. Идеи философии космизма нашли отражение и развитие но многих направлениях русской культуры: философии, религии, науке, искусстве.
2. ОСНОВНЫЕ ТЕЧЕНИЯ В ФИЛОСОФИИ РУССКОГО КОСМИЗМА
2.1. Философско-религиозное течение
2.1.1. Космизм В.С. Соловьева
Наиболее отчетливо и полно тема космизма представлена в творчестве В.С. Соловьева в «Чтениях о Богочеловечестве».
Основной идеей Владимира Сергеевича Соловьева было то, что истинной загадкой для разума является не вечный, или божественный, мир. Напротив, как идеальная полнота всего и осуществление добра, истины и красоты, он является как ясное и нормальное. Лишь в этой вечной сфере можно обрести безусловное мерило для признания разумной природы как чего-то условного, ненормального и преходящего [2, c. 28]. Фактичность, действительность окружающего нас мира – вот подлинная загадка и задача для разума. «Эта задача, очевидно, сводится к выведению условного из безусловного, к выведению того, что само по себе не должно быть, из, безусловно, должного, к выведению случайной реальности из абсолютной идеи, природного мира явлений из мира божественной сущности. … Человек совмещает в себе всевозможные противоположности, которые все сводятся к одной великой противоположности между безусловным и условным, между абсолютной и вечной сущностью и преходящим явлением, или видимостью. Человек есть вместе и божество, и ничтожество» [21, с. 112-113].
Для так понимаемого человека необходимо найти место и значение в общей связи истинно сущего. В.С.Соловьев различает в целости божественного существа двоякое единство: «действующее, или производящее, единство божественного творчества Слова (Логоса), и единство произведенное, осуществленное..., – единство органического тела» [21, с. 113].
Вечность Бога как Логоса и действующего Бога предполагает и вечность человечества, но не природного, которое возникает на Земле в определенный период, а человека умопостигаемого, идеального. Эта особая соловьевская конструкция в конечном итоге представляет собой универсальное и вместе с тем индивидуальное существо, заключающее в себе все человеческие особи действительно [2, c. 29].
Соловьев отмечает: «Природа и есть отражение всеединой идеи и существования обособленного, разделенного, разрозненного, чуждого как таковое этой идее, а потому недолжное и дурное в двояком смысле: «ибо если эгоизм, то есть стремление поставить свое исключительное я на место всего, или упразднить все собою, есть зло по преимуществу (нравственное зло), то роковая невозможность действительно осуществить эгоизм, т.е. невозможность, оставаясь в своей исключительности, быть действительно всем, – есть коренное страдание, к которому все остальные страдания относятся как частные случаи к общему закону» [21, с. 122].
Разрозненность и взаимное отталкивание всего существующего порождает реальное пространство и мир вещества (т.е. бытия, определяемого лишь внешне). «Но этот мир не есть мир элементов безусловно однородных: мы знаем, что каждый реальный элемент, каждое единичное существо (атом) имеет свою особенную индивидуальную сущность (идею), и если в порядке божественном все эти элементы, положительно восполняя друг друга, составляют целый и согласный организм, то в порядке природном мы имеем этот же организм, распавшийся реально, но сохраняющий свое идеальное единство в скрытой потенции и стремлении. Постепенное осуществление этого стремления, постепенная реализация этого всеединства составляют смысл и цель мирового процесса. Как под божественным порядком все вечно есть абсолютный организм, так по закону природного бытия все постепенно становится таким организмом во времени» [21, с. 134].
Реализация идеального всеединства обусловлена соединением божественного начала с душою мира, где первое – образующий элемент, а второе – пассивная сила, воспринимающая идеальное и сообщающая ему материю для развития, оболочку для развития, оболочку для его полного обнаружения. Это соединение не носит характера однократного творения. Путь к достижению совершенного и вечного организма включает в себя муки рождения, произведение чудовищных, безобразных порождений – своего рода выкидышей и недоносков природы. Это медленный, мучительный путь, и объяснение его в одном, без чего немыслимы ни Бог, ни природа – в свободе [2].
Мировой космогонический процесс проходит множество последовательных фаз, ступеней. Открываясь эпохой звездной или астральной, когда действием всемирного тяготения материя стягивается в великие космические тела, он завершается созиданием жизни органической и ее венцом – совершенной формой человеческого организма.
Эта роль, принадлежащая изначально мировой душе, в природном человеке получает первую возможность фактического осуществления в порядке природы. Все иные существа лишены божественного начала и причастны ему лишь подчинением внешнему естественному закону. Здесь «между частным конечным бытием и универсальной сущностью нет внутреннего примирения, «все» есть лишь внешний закон «для этого», только один человек изо всего творения, находя себя фактически как «это», сознает себя в идее как «все»» [21, с. 140]. И подобно мировой душе, человек, причастный всеединству Бога, свободен восхотеть иметь его как Бог. Но для этого он «утверждает себя отдельно от Бога, вне Бога, отпадает или отделяется от Бога в своем сознании так же, как первоначально мировая душа отделилась от Него во всем бытии своем» [21, с. 141].
Так открывается новая фаза уже не космогонического, а теологического развития, в процессе которого человек проходит путь (соответствующий космогоническому) от эпохи звездопоклонни-чества (астральные религии) через солярную (солнцепоклонство) к фаллической, где, наконец, возвращается к своему собственному материальному началу и высшее проявление мировой связи находит в сложном единстве родовой организации жизни.
Можно выделить несколько бесспорных моментов космизма у В.С.Соловьева.
1) Идея всеединства, вечного органически целостного истинносущего мира имеет последовательно религиозный, супернатуральный смысл. Вне божественного начала бытие есть хаос.
2) Тайна сопричастности человека космосу в его (т.е. человека) божественной природе. Будучи посредником между Богом и материальным бытием, проводником единящего действия на стихийную множественность, человек – устроитель и организатор вселенной.
3) В общей конструкции соловьевского космоса отчетливо доминируют нравственно-религиозные смыслы. Они определяют существо всех фаз и узловых моментов его эволюции и бытия.
4) Проблема целостности познания вообще не может быть представлена в качестве собственно гносеологической. Цельное знание – это ближайшим образом религиозно-мистическое мировосприятие, «восприятие мира в элементе софийности». Позиция В.С.Соловьева – не побуждение к новой рациональности, но критика рациональности как отвлеченного начала, подчинение и преобразование ее в свете религиозного опыта и мистического созерцания [2, c. 32-33].
2.1.2. Философия общего дела Н.Ф.Фёдорова
Николай Федорович Федоров (1828 – 1903) – самый оригинальный, противоречивый и самобытный русский философ конца XIX – начала XX в. В его философии христианские заповеди, религиозное понимание мироздания соединились с натурализмом, верой в роль науки и творческое предназначение человека [18]. Все главные идеи Федорова изложены в его труде «Философия общего дела».
Исходным пунктом философии Федорова является определение главной задачи человека и человечества. Он видит ее в правильном понимании смысла жизни и цели, ради которой живет человек, а главное, в организации жизни в соответствии с этим смыслом и целью [25, c. 5].
Он утверждает, что после искупления Христом первородного греха людей дальнейшее спасение их и окружающего мира целиком зависит от людей. Нам, людям, вручено дело спасения мира и себя. И это не является противопоставлением человеческого Божественному, отмечает Федоров, ибо после искупления Христа людям открылась возможность и способность сделаться орудием реализации Божественного плана [18].
Федоров убежден в наличии тесной связи всего происходящего на земле с процессами во Вселенной, в Космосе, считая, что деятельность человека не должна ограничиваться пределами земной планеты. Опираясь на силу разума, человек, может не только познавать Вселенную, но и населить все миры, упорядочить хаос, царящий в Космосе, сознательно управлять преобразованием всей природы, завершая тем самым предначертания Творца.
Однако для реализации этой возможности необходимо преодолеть людскую разобщенность и холодную отчужденность в отношениях живых людей и забвение усопших, преодолеть отсутствие братства, родственности между людьми. Причину этого отчуждения Федоров видит в том, что люди сосредоточены только на самих себе, подчеркивает несправедливость, «неправду» замыкания каждого в самом себе, отделение себя от живых и от умерших. Этим обусловлен призыв к людям: жить не для себя, ибо это эгоизм, и не для других, ибо это альтруизм, а со всеми и для всех.
В человеке, считает Федоров, природа обретает сознание. «Космос, – пишет он, – нуждается в разуме, чтобы быть космосом, а не хаосом» [25]. Взгляд на человечество как на часть мироздания, через которую природа достраивается, продолжая свое развитие, имеет у философа своеобразное выражение. Он смотрит на планетарное, космическое через призму самых сокровенных переживаний, укорененных в бытийственном опыте каждого человека и каждого поколения. Космические устремления мыслителя вырастают из его размышлений о причинах розни, небратского состояния, вражды, царящей в жизни людей и ведущей к взаимному истреблению [25, с. 355].
Исходным пунктом «Философии общего дела» является учение о родстве. Федоров убежден, что родство лежит в основе жизни не только человеческой и мировой, но и в основе жизни самого Бога и является естественной божественной основой жизни. Родство есть общество сынов человеческих, помнящих отцов. Братство, единство невозможны без сыновства, без связи поколений, каждое из которых помнит, чтит поколения предшествующие и опирается на их достижения. Он считает, что любовь к отцам, предкам, органически родовое, родственное составляет нравственное, высшее в человеке, то, что уподобляет его Святой Троице. Культ предков является, по утверждению Федорова, единственной истинной религией.
Религиозная основа идеи родства предопределила религиозность всей философии «общего дела». Федоров всемерно возвеличивает и пропагандирует преобразующую роль человека, вовлеченного в общее дело, внося в христианство активный антропологизм [23, c. 87]
Для окончательного торжества общего дела человечества необходима победа над «последним врагом» человека - смертью. Главная идея Н. Ф. Федорова – идея воскрешения всех живших на земле. Она определяла весь строй мыслей Н. Ф. Федорова, особенности его философии, этических и эстетических воззрений. Именно в; форме проекта воскрешения предстает федоровское понимание всеединства, здесь находятся истоки тех мыслей, которые позволяют говорить о Н. Ф. Федорове как об основоположнике русского космизма [24, с. 3].
«Пятьдесят два года исполнилось от зарождения этой мысли, – пишет он в последний год своей жизни, – плана, который мне казался и кажется самым великим и вместе самым простым, естественным, не выдуманным, а самою природою рожденным! Мысль, что через нас, через разумные существа, природа достигнет полноты самосознания и самоуправления, воссоздаст разрушенное и разрушаемое по ее еще слепоте и тем исполнит волю Бога, делаясь подобием Его, Создателя своего...» [24, c. 633]
Проблему «воскрешения» Федоров решает в свете христианского учения о победе над смертью через воскресение в «будущей жизни», в которой человек обретает всю полноту своего бытия. Он верит в правду грядущего воскресения и непримирим к смерти. Но Федоров дает этому учению свою интерпретацию.
Процесс «воскрешения» он не трактует как непосредственное воскрешение каждого умершего человека. Полным воссозданием он считает не механическое «возрождение» умерших в их прежней материальной природе, а превращение их природы в принципиально другую, высшую самосозидаемую природу. Он понимал «воскрешение» как полноту жизни умственной, нравственной, художественной и путь к нему видел в соединении людей в общем деле [23, c. 88]. Через человека и его общую деятельность Бог воссоздает мир, воскрешает все погибшее, считает Федоров. В проблеме «воскрешения» Федоров сочетает как религиозные, так и научные аспекты. Активность человечества во всеобщем деле воскрешения анализируется им с религиозных позиций. Но конкретные пути и способы этой активности Федоров рассматривает с естественно-научных, позитивно-технических позиций. При всех элементах утопичности и фантастичности учение о «воскрешении» пронизано одной идеей - идеей единства, взаимосвязи прошлого, настоящего и будущего.
«Философия общего дела» Федорова, несмотря на религиозную оболочку, наличие элементов натурализма, наивности, фантастичности и мистицизма, содержит ряд прогрессивных идей. Это идеи преемственности поколений людей, сплоченных «общим делом» для решения жизненно важных задач; всеобщего братства, «родства» людей, бессмертия рода человеческого; веры в безграничные возможности разума и активности человека в регулировании слепых сил природы; бережного отношения человека к природе; значимости достижений науки и техники в освоении Космоса и утверждения возможности выхода человека в Космос; нравственной ответственности при использовании достижений научно-технического прогресса.
Космизм Федорова оказал сильное влияние на творчество других представителей русского космизма, в том числе таких выдающихся ученых - естествоиспытателей, как Циолковский, Чижевский, Вернадский.
2.2. Естественнонаучное течение
2.2.1. Третий синтез космоса В.И.Вернадского
Владимир Иванович Вернадский (1863 – 1945) – выдающийся естествоиспытатель и философ современности, один из создателей научной картины мира XX столетия. Усилиями Вернадского и многочисленных его учеников заложены основания таких фундаментальных наук, как генетическая минералогия, геохимия, биогеохимия, радиогеология, учение о биосфере. На протяжении всей жизни Вернадский настойчиво исследовал общие проблемы науки, вырабатывал свое научное мировоззрение. Этим определялся постоянный интерес его к истории науки, с одной стороны, философии – с другой. Вернадский писал, что философские вопросы частью являлись для него делом отдыха, частью связаны были с обшей работой над его научным мировоззрением [26, c. 8].
Итоговая, как ее называл Вернадский, «книга жизни» – «Химическое строение биосферы Земли и ее окружения» (1936 – 1944) – стала одновременно, на что он и надеялся, научным и философским его завещанием грядущим поколениям. В особенности это относится к большому введению к книге (фактически самостоятельной монографии) «Научная мысль как планетное явление» [5, c. 4-5].
Наука – создание человеческой мысли, коллективный разум человечества, которое, в свою очередь, представляет собою неотъемлемую часть совокупности всех растительных и животных организмов нашей планеты. Эту совокупность Вернадский определял понятием живого вещества [26, c. 9].
В общей массе Земли живое вещество занимает малые доли процента а в этих долях ничтожно малую часть занимает физическая масса человечества. Однако энергетическая мощь и живого вещества, и человечества оказывается далеко не пропорциональной их массе, коль скоро мы рассматриваем их не абстрактно, а в контексте реальной среды их обитания – биосферы.
В.И.Вернадский рассматривает человечество как часть биосферы. Возникающее в процессе биоэволюции человеческое сознание становится особым фактором эволюции, значение которого возрастает с течением времени. Перерастание биосферы в ноосферу как бы является логическим завершением эволюции материи: все части развивающегося мира оказываются взаимосвязанными, и человек закономерно вписывается в этот мир [5].
Биосфера – наружная, занятая живым веществом оболочка Земли. Верхним ее пределом является озоновый экран, нижние границы ее простираются до глубины нескольких километров на суше и более 10 километров в Мировом океане. В своих многочисленных исследованиях Вернадский доказал, что в истории биосферы живое вещество играло и играет роль самого мощного химического и геологического агента. В сущности, сама биосфера, ее состав, строение, эволюция являются производными от деятельности живого вещества. Детальным исследованием этих вопросов занимается биогеохимия [26, c. 31].
Биосфера представляет собой целостную систему, обладающую высочайшей степенью самоорганизации и способностью к эволюции. Она является результатом «достаточно длительной эволюции во взаимосвязи с неорганическими условиями» и может быть рассмотрена как закономерный этап в развитии материи. Биосфера предстает в качестве особого геологического тела, структура и функции которого определяются специфическими особенностями Земли и Космоса.
Исключительное положение (это стало особенно ясным в XX столетии), по Вернадскому, занимает в биосфере человечество. Биогеохимические функции живого вещества человечество, благодаря своему разуму и, особенно, его прямому порождению – науке и ее разнообразным техническим приложениям, выполнят, во-первых, сознательно, целенаправленно, во-вторых, постоянно, из года в год увеличивая мощность своих воздействий на биосферу, что не в последнюю очередь связано также и с характерным для нашего времени взрывным увеличением населения Земли.
Приняв «эстафету» от живого вещества, человечество, подчеркивал Вернадский, стало самой мощной геологической силой, взяв тем самым на себя ответственность за обустройство и сохранить земного дома всех живых существ – биосферы.
По мнению Вернадского и его последователей, человечество и справляется и не справляется с этой глобальной задачей. Справляется, постольку поскольку человечество ставит и решает относительно локальные задачи охраны, обновления и развития отдельных биосферных регионов (парки, сады, заповедники, озеленение городов и поселков, экологически чистые технологии и т.п.) [5, c. 8-9].
Однако с этими же задачами, поставленными в плоскости Глобальной, т.е. охраны, обновления и развития биосферы в целом как планетарной системы, человечество явно не справляется. Под воздействием технологической деятельности биосфера все более деградирует, наш общий дом становится все более непригодным для проживания не только человека, но и других живых существ, животных и даже растений. Факты общеизвестны, о них мы узнаем чуть не ежедневно, каждый житель планеты
Выход, считал Вернадский, заключается в переходе биосферы в качественно новое состояние – ноосферу (от греч. «нус», «ноос» – разум, т.е. сферу Разума. Ноосфера не представляет вовсе собою нечто надприродное, сверхъестественное, надбиосферное- – это просто та же биосфера, стихийное, хаотическое, бессистемное обустройство и эволюция которой, как это имеет место сейчас, заменяется разумным ее регулированием как геологической системы в интересах выживания и развития природы, (живой и неживой), общества, человека. Но, увы, в этом «просто» скрыты огромные сложности, преодоление которых требует от всех нас, жителей Земли, большого труда, терпения и, конечно, доброй воли [17, c. 139-140].
Потенциально коллективный разум человечества в лице лучших его представителей – ученых, философов, религиозных мыслителей, деятелей искусства – вполне уже созрел в качестве Разума ноосферы. Реально проявиться ему, отмечал Вернадский, мешают, к сожалению, разнообразные причины, корни которых уходят нередко в глубь столетий и тысячелетий. Экономическая и социальная отсталость, нищета, голод, межнациональная рознь, тоталитарные режимы, религиозная нетерпимость, неграмотность – эти и другие причины мешают становлению ноосферного Разума. Потребуется исторически длительное время, чтобы преодолеть эти препятствия [26].
Однако положение, был убежден Вернадский, отнюдь не безнадежно. Позитивные процессы медленно пробивают себе дорогу. Создаются, отмечал он, предпосылки для возникновения, может быть не в столь отдаленном будущем, общепланетных структур, которые возьмут на себя функции управления процессами становления ноосферы (мировое правительство, всемирный совет ученых и т. п.). Увеличивается цельность, тотальность человечества, разрушаются искусственные перегородки между народами, развиваются современные средства связи (печать, радио, телефон, телевидение), расширяются экономические и культурные отношения.
Учение Вернадского о ноосфере – закономерный итог длительной эволюции глубоких гуманистических и космологических тенденций его научного творчества и мировоззрения, придающий последним внутреннюю логическую стройность и завершенность, финал создававшейся на протяжении нескольких десятков лет жизни ученого.
2.2.2. Космическая философия К.Э.Циолковского
Константин Эдуардович Циолковский (1851 – 1935) известен, главным образом в связи с успехами в освоении космоса, как один из крупнейших теоретиков космических полетов. Циолковский не просто выдвинул и в многочисленных трудах обосновал идею межпланетных путешествий с помощью ракетных кораблей. К числу его заслуг в области техники относится разработка принципиальных схем летательных аппаратов с жидкостными ракетными двигателями. Циолковскому принадлежит также идея создания искусственных спутников Земли, космических станций, пригодных для обитания людей. И в этом предвидении он далеко опередил свое время.
Богатейшее научное наследие Циолковского включает в себя более чем 400 работ философского характера, большая часть из которых до сих пор не увидела света [27, c. 4]. Рассуждения ученого в области философии не носят систематического характера, лишены рационалистической доказательности, свойственной европейской философии. Им скорее присущ дух свободного философствования, столь характерный для русской философской манеры вообще. Некоторые его работы изданы даже под рубрикой научной фантастики, что, конечно же, никак не соответствует их концептуальной значимости. Тем более для нас важно знакомство с мировоззренческой позицией великого русского мыслителя, предопределившей гуманистическую и оптимистическую направленность его математических и технических изысканий. В центре внимания Циолковского-философа находится этика, причем он значительно расширяет ее традиционное поле, начиная с его отношения к религии и кончая идеей космического предназначения и ответственности человечества.
Циолковский в Бога, по крайней мере, христианского, не верил. В одном из интервью калужской газете «Коммуна» он утверждал: «Бог есть порождение человека. Человек создал представление, чтобы посредством его объяснить то, чего не мог объяснить разум, и чтобы иметь надежду на лучшую жизнь, которая зависит от божества. Но это средство не совместимо с наукой, которая основывается на достоверных знаниях... Мой разум не оставляет места для веры в необъяснимое, для веры в сверхъестественное существо» [16, с. 406]. Религиозной вере Циолковский прямо противопоставляет уверенность в истинности и практической ценности научного знания: «Мои выводы были утешительнее, чем обещания самых жизнерадостных религий... Мы должны совершенно отрешиться от всего неясного, вроде оккультизма, спиритизма, темных философий, – от всех авторитетов, кроме авторитетов точной науки, т.е. математики, геометрии, механики, физики, «химии, биологии и их приложений» [28].
Христос был для Циолковского не столько реальной личностью, сколько неким собирательным образом, нравственным символом, воплотившем в себе душевные качества и моральные стремления, наиболее ценимые им в действительно существовавших реальных людях. «...Бог – это слово, а не что-то существующее. Все существующее развивается и создается по законам природы – космоса, которые человек постепенно познает...» [16, с. 406].
Характерны в этом отношении названия его трудов: «Горе и гений», «Воля Вселенной. Неизвестные разумные силы», «Любовь к самому себе, или Истинное себялюбие», «Будущее Земли и человечества», «Ум и страсти», «Существа выше человека» и т. д. В этих и других работах Циолковский сформулировал свою этическую концепцию: Какова цена известной нам земной жизни? Жили ли мы до рождения и будем ли жить после смерти? Каковы жизнь прошедшая и будущая? Стоит ли жить? Какова цель жизни? [16, с. 408].
Отвечая на эти вопросы, ученый настойчиво проводит мысль о личном бессмертии каждого индивидуума, причиной которого служит вечность и неуничтожимость так называемых «атомов-Духов», составляющих все живые существа. Эту мысль Циолковский подробно излагает в одной из своих самых значительных мировоззренческих работ «Этика, или Естественные основы нравственности», которая, как кажется, отнюдь не случайно была записана в один год с основополагающим трудом по космоплаванию.
Атомы-духи – это бессмертные элементарные существа, которые переходят из одного организма в другой, стремясь своими комбинациями образовать как можно более совершенные системы. Космологический процесс, по Циолковскому, представляет собой ряд циклов постепенного усовершенствования бытия [27], в которых жизнь не исчезает, а преобразуется, всякий из качественно возвышаясь.
Но если бессмертны атомы-духи, то бессмертными оказывается также и люди, каждый из которых постоянно возрождается ч той или иной комбинации этих атомов, во все новых формах и образах, сохраняя при этом оригинальность и неповторимость своей личности. Кстати, понятие «атом-дух» означает у Циолковского и неповторимую личностную сущность индивидуума, которую он называет «личностью».
Из сказанного следует важнейший вывод «космической этики» Циолковского: «...для каждого «атома-духа» его собственное счастье самым непосредственным образом зависит от совершенного и счастливого устройства жизни во всей Вселенной!». Другими словами: «...обмен атомами в космосе понуждает все разумные существа к нравственной круговой поруке и к заботе о мировом целом...». Циолковский утверждает, что «каждое разумное существо есть воин, сражающийся за свое лучшее будущее, за господство разума во Вселенной» [28].
Он убежден в том, что во Вселенной существует множество разумных существ, многие из которых эволюционировали гораздо дальше, чем человек, и потому могут служить образцом для его совершенствования. Любовь Циолковская пишет: «Он верил в высшие совершенные существа, живущие на более древних, чем наша Земля, планетах, но он их мыслил как существ, состоящих из той же материи, что и весь космос, который, по его понятию, управлялся законами, общими для всей Вселенной» [14, c. 109]. Беспредельные перспективы эволюции человеческой цивилизации, которая должна привести людей к столь же и еще более высоким уровням развития, в представлении Циолковского связывались с умножением знания и ростом технических возможностей человечества. Однако, с его точки зрения, научно-технические успехи ни в коем случае не должны стать самоцелью, они есть лишь способ, инструмент эволюционного возвышения человечества, его расселения в космосе и слияния с ним. «Многие думают, что я хлопочу о ракете и беспокоюсь о ее судьбе из-за самой ракеты. Это было бы глубочайшей ошибкой Ракеты для меня только способ, только метод проникновения в глубину космоса, но не самоцель. Не доросшие до такого понимания вещей люди говорят о том, чего не существует, что делает меня каким-то однобоким техником, а не мыслителем... Не спорю, очень важно иметь ракетные корабли, ибо они помогут человечеству расселиться по мировому пространству. И ради этого расселения я-то и хлопочу. Будет иной способ передвижения в космосе – приму его. Вся суть – в переселении с Земли и в заселении космоса. Надо идти навстречу, так сказать, космической философии!» [14, c. 112].
Но и расселение в космосе также не является конечной целью человечества. У него более высокое предназначение – способствовать восхождению породившей его материи на высший уровень развития. «Человечество как единый объект эволюции тоже изменяется и, наконец, через миллиарды лет превращается в единый вид лучистой энергии, то есть единая идея заполняет все космическое пространство... Материя через посредство человека не только восходит на высший уровень своего развития, но и начинает мало-помалу познавать самое себя!.. Природа шла к этой победе неуклонно, сосредоточив все свои грандиозные возможности в молекулярно-пространственной структуре микроскопических зародышевых клеток» [14, c. 113-114]. Сбросив с себя «белковую одежду» и перейдя к существованию в небелковой, лучистой форме, человек обретает действительное и истинное бессмертие, бесконечность бытия во времени и пространстве.
Проще всего было бы назвать эти грандиозные видения Циолковского мечтами и фантазиями, но это было бы столь, же неверно, сколь и просто. По крайней мере, два серьезных соображения должны удержать нас от скоропалительных и легковесных оценок.
Во-первых, какие бы онтологические предпосылки не лежали в основании «космической этики» Циолковского, ее содержание благородно и возвышенно, а выводы и правила имеют вполне несомненную земную ценность.
Во-вторых, очевидно, что - именно мировоззренческие убеждения Циолковского предопределили теоретическое целеосмысление и практическую целенаправленность его технического творчества, именно его философия служила ему прогностическим компасом в его гениальных провидениях. И очень хорошо, что эта философия .пронизана, насыщена фантазией – ее значение для творчества трудно переоценить. Сам Циолковский так говорил об этом: «Сначала неизбежно идут мысль и фантазия. За ними шествует научных расчет. И уж, в конце концов, исполнение венчает мысль. Нельзя не быть идее: исполнению предшествует мысль, точному расчету – фантазия» [27].
2.2.3. Единый природный субстрат А.Л.Чижевского
Идеи К.Э.Циолковского оказал огромное влияние на формирование научного мировоззрения и методов научной работы А.Л.Чижевского. Идея единства живого и неживого, человека и Космоса, психического и физического является основной для Чижевского и определяет направления его научных исследований.
Содержание и смысл его научных изысканий значительно глубже, – они имеют вполне отчетливый философский характер. Главное направление философских размышлений Чижевского – это взаимосвязь биосферы Земли с Космосом. Он глубоко убежден в том, что жизнь есть закономерный продукт космической эволюции, а не случайность. «Мы привыкли придерживаться глубокого и узкого антифилософского взгляда на жизнь как на результат случайной игры только земных сил. Это, конечно, неверно. Жизнь же, как мы видим, в значительно большей степени есть явление космическое, чем земное. Она создана воздействием творческой динамики космоса на инертный материал Земли. Она живет динамикой этих сил, и каждое биение органического пульса согласовано с биением космического сердца – этой грандиозной совокупности туманностей, звезд, Солнца и планет» [29, с. 133]. Здесь речь идет уже не столько о влиянии Солнца на отдельные стороны жизненного процесса на Земле, сколько о необходимости жизни как космического феномена. На первый взгляд подобное утверждение кажется просто фантастичным. Однако Чижевский обосновывает свой вывод весьма убедительными рассуждениями. Проследим ход его мысли, «Несомненно, что главным возбудителем жизнедеятельности на Земле является излучение Солнца, весь его спектр... а также все его электронные и ионные потоки. Они служат «передатчиками состояний» и заставляют каждый атом поверхностных оболочек Земли резонировать созвучно тем вибрациям, которые возникли на центральном теле нашей системы. В великом разнообразии проявлений этого резонанса, где наша мысль тонет в беспредельности форм, красок и звуков, мы мало-помалу научились понимать связанность и общность разрозненных явлений и представлять их в единой синтетической картине жизни солнечно-земного мира. Великолепие полярных сияний, цветение розы, творческая работа, мысль – все это проявление лучистой энергии Солнца» [28, с. 128].
«В то же время мы знаем, что периодическая деятельность Солнца – процесс не вполне самостоятельный. Есть веские основания думать, что он находится в определенной зависимости от размещения планет Солнечной системы в пространстве, от их констелляций по отношению друг к другу и к Солнцу. Уже много лет назад астрономы предположили, что Солнце представляет собой тончайший инструмент, который учитывает все влияние планет соответственными изменениями. Таким образом, и земные явления, зависящие от периодической деятельности Солнца, Стоят, так сказать, под контролем планет, которые могут быть во много раз более удалены от нас, чем Солнце. Исследования, произведенные с целью выяснения влияния планет на деятельность Солнца, дали вполне положительные результаты: в периодах солнечной активности обнаруживаются периоды планетных движений.
Но и это еще не предел возможных догадок. Вся Солнечная система является частью системы звезд нашей звездной галактики. Быть может, и эруптивная деятельность на Солнце, и биологические явления на Земле суть соэффекты Одной общей причины – великой электромагнитной жизни Вселенной. Эта жизнь имеет свой пульс, свои периоды и ритмы. Наука будущего должна будет решить вопрос, где зарождаются и откуда исходят эти ритмы» [30, c. 17]. Отсюда следует исполненный глубочайшего философского смысла вывод: «...наибольшее влияние на физическую и органическую жизнь Земли оказывают радиации, направляющиеся к Земле со всех сторон Вселенной. Они связывают наружные части Земли непосредственно с космической средой, роднят ее с нею» [30]
«Мы привыкли придерживаться грубого и узко антифилософского взгляда на жизнь как на результат случайной игры только земных сил. Это, конечно, неверно. Жизнь же, как мы видим, в значительно большей степени есть явление космическое, чем земное. Она создана воздействием творческой динамики Космоса на инертный материал Земли. Она живёт динамикой этих сил, и каждое биение органического пульса согласовано с биением космического сердца – этой грандиозной совокупности туманностей, звёзд, Солнца и планет» [30, c.18].
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Таким образом, можно отменить, что русский космизм как определенная ориентация русской науки, философии, религии и культуры стал квинтэссенцией глобального мировосприятия и мироощущения, выраженного в концепциях русских философов и ученых XIX-XX вв.
Русский космизм как религиозно-философское и естественнонаучное направление положил начало комплексному изучению вопросов глобального характера в отечественной философской и научной традиции. Среди них можно выделить экологические проблемы, обусловленные сложными взаимоотношениями человеческого общества и природы, а также этикоцентричные вопросы, исследующие отдельные аспекты нравственности и морали, духовности и религиозности, культуры и традиционности, осмысление национальной идентичности и самосознания.
Совокупность мировоззренческих вопросов, предложенных русскими космистами, дает основание обозначить это направление как перспективную глобальную идеологию, способную дать интересные идеи, показать новые способы решения современных экологических, этических, аксиологических проблем.
В рамках русского космизма впервые были сформулированы требования единства научно-технического и философского знания, необходимость комплексного исследования человека и его нераскрытых возможностей, гармонизация отношений общества и природы.
В работе рассмотрены два течения русского космизма: религиозно-философское (В.С.Соловьев, Н.Ф.Федоров) и естественнонаучное (В.И.Вернадский, К.Э.Циолковский, А.Л.Чижевский).
В работах В.С.Соловьева прослеживается идея всеединства, вечного органически целостного истинносущего мира который имеет последовательно религиозный, супернатуральный смысл. Человек по Соловьеву является посредником между Богом и материальным бытием, проводником единящего действия на стихийную множественность, человек – устроитель и организатор вселенной.
Исходным пунктом философии Федорова является правильное понимание смысла жизни и цели, ради которой живет человек, а главное, в организации жизни в соответствии с этим смыслом и целью. Федоров убежден в наличии тесной связи всего происходящего на земле с процессами во Вселенной, в Космосе, считая, что деятельность человека не должна ограничиваться пределами земной планеты. Космизм Федорова оказал сильное влияние на творчество других представителей русского космизма, в том числе таких выдающихся ученых - естествоиспытателей, как Вернадский, Циолковский, Чижевский.
Учение Вернадского базируется на идее, о том, что, несмотря на незначительную долю физической массы человечества в общей массе Земли, человечество обладает огромной энергетической мощью, способной влиять на биосферу. Это налагает на человечество огромную ответственность. Из-за этих возможностей человечества логическим завершением эволюции материи является перерастание биосферы в ноосферу, что соединит все части развивающегося мира, и человек закономерно вписывается в этот мир. Учение о ноосфере – закономерный итог длительной эволюции глубоких гуманистических и космологических тенденций научного творчества и мировоззрения Вернадского.
Основой этической концепции Циолковского является мысль о личном бессмертии каждого индивидуума, причиной которого служит вечность и неуничтожимость так называемых «атомов-Духов». Атомы-духи – это бессмертные элементарные существа, которые переходят из одного организма в другой, стремясь своими комбинациями образовать как можно более совершенные системы. Космологический процесс, по Циолковскому, представляет собой ряд циклов постепенного усовершенствования бытия, в которых жизнь не исчезает, а преобразуется, всякий раз качественно возвышаясь.
Главное направление философских размышлений Чижевского – это взаимосвязь биосферы Земли с Космосом. Он глубоко убежден в том, что жизнь есть закономерный продукт космической эволюции, а не случайность.
Влияние научных идей русского космизма на современную картину мира подтверждает научный статус данного мировоззрения. С позиции русских ученых-космистов, решающими факторами, определяющими научную реальность, являются космические, преодолевающие разрыв естественной и искусственной среды человеческого обитания. Естественные и технические науки должны стать средством решения не только узких и специальных проблем естествознания, но комплексного осмысления общечеловеческих задач и их практического разрешения.
СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ
1. Алексеева В.И. К.Э. Циолковский: философия космизма. – М.: Самообразование, 2007. – 318 с.
2. Алешин А.И.О феномене русского космизма // Философия русского космизма. – М.: Фонд «Новое тысячелетие», 1996. С. 26-51.
3. Башкова Н.В. Преображение человека в философии русского космизма. – М.: Едиториал УРСС, 2007.
4. Бряник Н.В. Космизм как мировоззрение науки нового тысячелетия // XXI век: будущее России в философском измерении док. второго российского философского конгресса. – Екатеринбург, 1999. – С. 60-65.
5. Владимир Вернадский: Жизнеописание. Избранные труды. Воспоминания современников. Суждения потомков / Сост. Г. П. Аксёнов. – М.: Современник, 1993. – 688 с.
6. Гиренок Ф.И. Русские космисты – М., 1990.
7. Грушевицкая Т.Г. Некоторые проблемы космизма в России // Чижевский и образование. – Калуга. 2000. C. 34-38.
8. Гуревич П.С. Философская антропология: Учеб. пособие. – М.: Вестник, 1997. – 443 с.
9. Демин В.Н. Русский космизм: от истоков – к взлету
10. Демин В.Н. Философские принципы русского космизма: Автореф. дис. на соиск. учен. степ. д-ра филос. наук : 09.00.01. – М., 1996.
11. Елистратов В. Русский космизм и русский космос // Дружба народов. 1994. № 6.
12. Замалеев А.Ф. Курс истории русской философии: Учеб. для вузов. - М.: Магистр, 1996. – 349 с.
13. Казютинский В.В. Космизм, космонавтика и перспективы цивилизации // Общественные науки и современность. 1994. № 2.
14. Казютинский В. В. Космическая философия К.Э.Циолковского // Философия русского космизма. – М.: Фонд «Новое тысячелетие», 1996. С. 108-132.
15. Казютинский В.В. Космизм и антикосмизм: современные дискуссии // Стратегия выживания: космизм и экология / под ред. Л.В. Фесенкова. – М, 1997. С. 191-204.
16. Казютинский В.В. Космическая философия К.Э. Циолковского в контексте русского космизма // Космическая философия / Под ред. акад. В. С. Авдуевского. – М.: Эдиториал УРСС, 2001.С. 404-435
17. Казютинский В. В. Космизм и космическая философия // Освоение космического пространства – прошлое, настоящее, будущее. – М., 1999. С. 139-147.
18. Мамчур Е.А., Овчинников Н.Ф., Огурцов А.П. Отечественная философия науки: предварительные итоги. – М.: «Российская политическая энциклопедия» (РОССПЭН), 1997. – 360 с.
19. Сафронов И.А. Человек и космос в истории культуры. – СПб.: Изд-во Санкт-Петербург. ун-та экономики и финансов, 1993. – 107 с.
20. Семенов А.Ю. «Русский космизм» и западная мысль //
21. Соловьев B.C. Чтения о Богочеловечестве // Соловьев B.C. Соч.: В 2 т. М., 1989. Т. 2.
22. Стратегия выживания: космизм и экология: Сб. ст. / Рос. акад. наук, Ин-т философии. – М.: Эдиториал УРСС, 1997. – 303 с.
23. Философия русского космизма: Сб. науч. ст. / Ин-т философии РАН, Фонд содействия развитию культуры, науки и образования «Новое тысячелетие». – М.: Фонд «Новое тысячелетие», 1996. – 374 с.
24. Федоров Н.Ф. Сочинения. – М.: Мысль, 1982. – 711 с.
25. Федоров Н.Ф. Философия общего дела. – М.: Эксмо, 2008. – 750 с.
26. Философия и методология науки: В. И. Вернадский. Учение о биосфере. / П. С. Карако. – Мн.: Экоперспектива, 2007. – 208 с.
27. Циолковский К.Э. Космическая философия / Под ред. акад. В. С. Авдуевского. – М.: Эдиториал УРСС, 2001. – 480 с.
28. Циолковский К.Э. Причина космоса: (Конспект. Август 1925 г.: С добавлением отзывов о «Монизме вселенной» и ответов на вопросы по поводу этой книжки). – Калуга, 1925. – 33 с.
29. Чижевский А.Л. Космический пульс жизни. Земля в объятиях Солнца. Гелиотараксия. – М.: Мысль, 1995. – 767 с.
30. Чижевский А.Л. На берегу Вселенной. Годы дружбы с Циолковским. Воспоминания. - М.: Мысль, 1995.